Архивы Блог - Страница 3 из 8 - Сопровождение строительных подрядчиков

Перейти на сайт основного проекта

строим-мир.рф

Каски цвета хаки: возвращения стройбатов

Каски цвета хаки: возвращения стройбатов

 Факт, от которого гудит весь строительный рынок: с 1 августа 2026 года в Вооруженные силы России официально возвращаются военно-строительные подразделения. Двадцать пять тысяч человек. Двадцать пять тысяч, только вместо автоматов у них будут мастерки, нивелиры и ключи от тяжелой техники. Плюс две тысячи гражданских специалистов для управления этим колоссом.

Вы спросите: зачем? Мы что, совершили путешествие во времени и вернулись в СССР с его легендарными стройбатами? Спойлер: нет, машина времени здесь ни при чем. Все гораздо прагматичнее и интереснее. Усаживайтесь поудобнее. Разложим этот бетонный ребус по полочкам и вместе поймем, почему государство решило снова надеть на строителей погоны.

 

Стройбаты или как это было раньше

 Прежде чем копать новый котлован, давайте заглянем в архивы. Молодое поколение зумеров-девелоперов при слове «военный строитель» хлопает глазами, а вот у матерых прорабов сразу всплывает в памяти фольклорное: «Два солдата из стройбата заменяют экскаватор…»

Советские строительные батальоны были явлением уникальным, монументальным и весьма противоречивым. С одной стороны, это была огромная рабочая сила, не знавшая слова «невозможно». Военные строители возводили Байконур и Плесецк, сложнейшие оборонные объекты и целые жилые микрорайоны, строили закрытые города, прокладывали дороги в вечной мерзлоте.

С другой стороны, к концу существования СССР стройбат оброс дурной славой. Эффективность труда призывников, мягко говоря, хромала, а качество порой вызывало нервный тик у технадзора.

В 2006 году стройбаты окончательно упразднили. Казалось бы, эпоха людей с лопатами и в кирзовых сапогах ушла безвозвратно. Государство решило, что строить должны профессиональные гражданские подрядчики на рыночных условиях. Был создан Спецстрой России. Но и он пал жертвой собственной неповоротливости, после чего в 2017 году его расформировали.

В 2019 году появилась Военно-строительная компания (ВСК), призванная навести в этом деле порядок. Но нынешнее время диктует свои правила. И вот, август 2026-го. В стране снова формируют военно-строительные отряды.

 

Приказ вместо тендера

Система госзакупок (44-ФЗ и 223-ФЗ), при всех ее попытках обеспечить прозрачность, в критических ситуациях работает как ржавый тормоз. Представьте: стране нужен стратегический объект. Военная база, госпиталь, укрепленная инфраструктура. Нужен не через три года, а «вчера».

Что делает гражданская система? Месяцы уходят на проектирование, потом экспертиза, потом объявляется тендер. На тендер приходят три калеки, роняют цену ниже себестоимости, чтобы забрать аванс. Выигрывает компания «Батон и Бетон», у которой в штате полтора землекопа, а вся техника в лизинге. Начинается стройка. Внезапно (всегда) дорожает арматура. Подрядчик пишет письма: «Денег нет, работать не будем, давайте пересматривать смету». Стройка встает. Начинаются суды. Расторжение контракта. Новый тендер.

А теперь добавьте к этому географию и риски. Пробовали привлечь гражданского подрядчика строить объект в удаленной, суровой или, скажем так, не самой безопасной зоне? Это астрономические коэффициенты за риск и тройные страховки. Гражданский строитель — птица вольная. Не понравилось — бросил шпатель, написал заявление по собственному и ушел на соседнюю коммерческую стройку, где платят больше, а требуют меньше.

Для стратегических задач государства такая волатильность неприемлема. Армии нужен инструмент, который работает по принципу: «Есть задача — есть выполнение». Без перекуров и без ссылок на конъюнктуру рынка.

 

В чем сила военных строителей?

 Так зачем возвращают военные стройотряды? Ответ кроется в трех фундаментальных вещах: дисциплина, скорость и секретность.

  1. Прямое подчинение и железная дисциплина. Военно-строительное подразделение не может обанкротиться. Оно не может сказать: «Знаете, товарищ генерал, у нас тут кирпич подорожал, мы на объект не выйдем». Приказ командира имеет силу закона. Это гарантирует бесперебойность процесса. Люди работают там, где приказано, и столько, сколько нужно для выполнения боевой (в данном случае — строительной) задачи.
  2. Молниеносная мобилизация ресурсов. Когда требуется экстренно возвести госпиталь, восстановить разрушенную инфраструктуру или построить оборонительные рубежи, время идет на часы. Военно-строительные части находятся в постоянной готовности. Их логистика встроена в армейскую систему снабжения. Они могут быть переброшены в любую точку страны или за ее пределы в кратчайшие сроки вместе с техникой и материалами. Никаких тендеров. Никакой бюрократической волокиты.
  3. Режим секретности. Гражданские подрядчики на секретных объектах — всегда головная боль для служб безопасности. Оформление допусков, утечки информации, смартфоны с камерами у разнорабочих. Военные же строители — это военнослужащие, давшие присягу. Уровень контроля и секретности здесь на порядки выше.

 

Откуда возьмут 25 000 «спартанцев»?

 Этот вопрос волнует многих больше всего. Есть рынок труда. В строительстве сейчас серьезный кадровый голод. Дефицит исчисляется сотнями тысяч человек. И тут армия заявляет: нам нужно 25 тысяч.

Кого будут призывать? Вероятно, что комплектование пойдет двумя путями. Первый — контрактники. Те самые квалифицированные экскаваторщики, крановщики, сварщики и инженеры, которых сейчас днем с огнем не сыщешь. Государству придется предложить им условия (зарплату, льготы, военную ипотеку), которые перебьют офферы от коммерческих застройщиков. И это тревожный звоночек для гражданских девелоперов — армия может банально «вычистить» лучшие кадры с рынка.

Второй путь — призывники. И вот здесь кроется главный вызов. Современная стройка — не махание киркой. Это сложная техника, цифровые модели, высокотехнологичные материалы. Сделать из вчерашнего школьника квалифицированного монолитчика за год срочной службы практически нереально. Значит, военным придется создавать мощнейшую систему ускоренного обучения и делать ставку на выпускников строительных колледжей, привлекая их сразу на профильную военную службу.

 

Тектонический сдвиг рынка

 Возвращение военных строителей — это не новость на один день. Это симптом глобальных изменений. Государство пересматривает возможности рыночных механизмов решать стратегические инфраструктурные задачи в условиях кризиса и давления.

Коммерческий сектор останется при своих ЖК, торговых центрах и коворкингах. А вот самые сложные и важные государственные подряды, инфраструктурные мегапроекты и восстановление территорий уйдут под другое управление. Рынок расслоится. С одной стороны — гражданские компании, сражающиеся за рентабельность, с другой — мощный государственный строительный рычаг, не оглядывающийся на издержки ради стратегического результата.

И пусть воссоздание военно-строительных подразделений не пройдет по пути наименьшего сопротивления, высока вероятность локальных шероховатостей, проблем с кадрами на начальном этапе и перегибах на местах. Но факт остается фактом: правила игры изменились. С августа 2026 года профессия военного строителя обретает новый статус. Для руководителей гражданских компаний наступает время пересмотреть свою кадровую политику: конкуренция за квалифицированных специалистов теперь выходит на государственный уровень. Рынок необратимо меняется, и адаптироваться к нему смогут лишь те, кто вовремя примет эти новые правила игры.

Как обезопасить себя от чужих дефектов, если пришел на чужой объект

Типичная ситуация на стройке: объект уже давно в работе, до вас на площадке успели поработать другие подрядчики, а иногда и сам заказчик своими силами. Вы заходите на подготовленное (но это не точно!) основание, выполняете свой этап, сдаёте работу. А через полгода вскрывается дефект. И крайним чаще всего оказывается тот, кто был на объекте последним, — то есть вы.

Закон даёт инструменты, которые снимают этот риск. Но работают они, только если применить их ДО начала работ, а не после того, как дефект уже проявился и к вам предъявили претензию.

Самое главное, что вы должны запомнить: предупреждать заказчика при обнаружении непригодных или некачественных материалов, оборудования, технической документации, либо по иным обстоятельствам, угрожающим годности или прочности результата работы — это не право, а ОБЯЗАННОСТЬ ПОДРЯДЧИКА (ст. 716 ГК РФ).

Проще говоря: увидели, например, трещины в чужом фундаменте, ничего не сказали и залили сверху стяжку — отвечать, скорее всего, будете именно вы.

Если вы предупредили письменно и обоснованно, а заказчик в разумный срок не заменил материалы, не изменил указания или не принял других мер — вы вправе отказаться от договора и потребовать возмещения убытков.

‼️ Это не формальность «для галочки», а единственный законный способ переложить риск обратно на заказчика.

Что делать до начала работ — практический алгоритм:

1. Для начала проведите совместный осмотр и составьте акт о состоянии объекта / передаче фронта работ. Такие акты — рабочий инструмент доказывания: в спорах по субподряду суды прямо ссылаются на акты о передаче фронта работ наравне с актами освидетельствования скрытых работ. Подписывайте акт с представителем заказчика (а по возможности — и предыдущего подрядчика) до того, как коснулись объекта.

2. Фото- и видеофиксация с датой. Отдельно фиксируйте именно те места, которые дальше будете закрывать своими работами: фундамент под стяжку, стены под отделку, коммуникации под зашивку.

3. Составьте письменное уведомление о выявленных несоответствиях. Суд смотрит только на доказательства, поэтому устное «я предупреждал» в суде не сработает. Направляйте уведомление способом, фиксирующим факт и дату получения заказчиком (письмо с описью, ЭДО).

4. Не начинайте работу поверх дефектного основания без письменных указаний заказчика. Если заказчик устно поручил вам выполнить работы поверх чужих дефектных, это не лишает его права позже предъявить вам претензию. И, если согласование заказчика будет нечем подтвердить (не будет письменных доказательств), вероятно, суд вы проиграете.

5. Закрепите границы ответственности в договоре. Пропишите объём именно своего этапа, сошлитесь на документацию, оформленную до вашего захода на объект, и укажите, что гарантия распространяется только на ваш этап.

Не забывайте вести исполнительную документацию по своему объекту, составляйте акты освидетельствования скрытых работ, строительных конструкций, участков сетей инженерно-технического обеспечения. Вы должны четко понимать, что это не бюрократия «для галочки»: именно эти акты в суде становятся доказательством того, где заканчивалась зона ответственности предыдущего исполнителя и начиналась ваша. Не надейтесь на «добрые» отношения с заказчиком! На практике, именно такие рассуждения приводят в дальнейшем к большим убыткам!

‼️ При сдаче своей работы — не подписывайте «за всех»! В суде очень легко доказать, что подпись на акте поддельная, а убытки нести вам!

Если в договоре не указано иное, то никто вам не запрещает подписывать акты у заказчика, даже если он отказывается выехать на объект. Если заказчик принял работу без проверки, он теряет право ссылаться на явные недостатки, которые можно было обнаружить обычным способом приёмки (п. 3 ст. 720 ГК РФ). При этом важно, чтобы акт приёмки описывал именно объём вашей работы, а не абстрактный «объект в целом» — иначе такой акт будет не в вашу пользу.

Итак, подведем итог, кратко изложив все рекомендации:

1. Не молчите: ст. 716 ГК РФ обязывает предупреждать письменно и приостанавливать работу при обнаружении чужих дефектов.

2. Фиксируйте состояние объекта до начала своих работ актом, фото и видео.

3. Не закрывайте чужой дефект собственной работой без письменного согласия заказчика.

4. Ведите исполнительную документацию, составляйте акты скрытых работ.

5. В акте приёмки вашей работы — только ваш объём, без размытых формулировок.

Эти пять пунктов — не просто перестраховка! Именно они определяют, кто в итоге окажется отвечающим, когда дефект всплывёт.

Карпова Елена Андреевна · Старший юрист ЮК «Аргумент Legal»

Платформа подрядчиков: что бы сделали заказчики, чтобы упростить себе жизнь

Уже многие слышали о нашей Цифровой платформе “Строим мир”. Конечно, мы провели кучу встреч и с подрядчиками, и с заказчиками, чтобы понять, какая концепция закроет их боли. 

Говоря с заказчиками, мы поняли, что для них поиск подрядчиков — это боль. Не потому что нет компаний, а потому что нет понятного, удобного и надёжного инструмента.

На вопрос: «Как бы выглядел идеальный инструмент для подбора подрядчиков?» Ответы оказались разными, но все они указывали на одно и то же — рынку не хватает прозрачности.

Евгений, госзаказчик: «Как в советском тресте»

Евгений работает по 223-ФЗ. У него есть проверенная база, но иногда компаний в ней не хватает. Тогда он звонит в СРО “Альянс Строителей Приморья” или спрашивает у знакомых. Он говорит:

«Идеальная картинка: мы обратились в проектную организацию, нам сделали проект, порекомендовали подрядные организации, которые могли бы сделать. И воплотили бы это в жизнь, сопровождая авторским надзором».

Евгений вспоминает советские строительные тресты: «Зашёл с идеей, вышел с конкретным результатом». Сейчас такого нет: «Кроме нас никто не может подобрать подрядчика так, как нужно нам».

Владимир, генподрядчик: «Планирование на год вперёд»

Владимир работает с субподрядчиками и жёстко их проверяет из-за рисков с налоговой.

«Идеальный инструмент — это планирование работ на перспективу. Хотя бы на год. Тогда есть время для выбора подрядчиков, изучения технологий, переговоров, тендера».

Сейчас у подрядчиков, которые участвуют в аукционах, нет видимости дальше месяца. Они не знают, будет ли у них работа. А когда тендер выкинули — нужно найти компанию за 10 дней. Часто это невозможно.

«Должен быть перечень организаций, ты должен знать, кому позвонить и как. Если зимой найти срочно можно, то в сезон — практически невозможно».

Артур, застройщик: «Список с информацией о ресурсах»

Артур работает с проверенной базой. Но когда нужно найти нового подрядчика — процесс ручной.

«Если бы был ресурс с информацией о нормальном подрядчике: национальность бригады, наличие ИТРов, прорабов, материальная база, количество техники, список объектов с фотографиями, рекомендации, рейтинг».

Он даже готов платить за такую базу: «Если там вменяемые деньги, наверное, да. Если есть работы, а работать нечем — не грех заплатить копеечку».

Что уже делают на рынке:

Заказчики хотят прозрачности — и рынок на это реагирует.

ДОМ.РФ запустил портал строим.дом.рф, где собрано больше 9 тысяч подрядчиков и 28 тысяч проектов . Подрядчики раскрывают информацию о бизнесе, количестве договоров и сроках их выполнения. ДОМ.РФ также разрабатывает рейтинг подрядчиков и проектов в сфере ИЖС .

Минстрой создаёт рейтинг подрядных организаций. Предполагается, что рейтинг будет учитывать квалификацию специалистов, материально-техническую базу, опыт исполнения договоров, отсутствие нарушений . Компании с низким рейтингом не смогут участвовать в госзакупках.

ИИ уже помогает выбирать подрядчиков. Сегодня инструменты на основе ИИ могут снизить стоимость строительства на 15-20% и сократить сроки на 30% . ИИ анализирует номенклатуру и подбирает подрядчиков, которые соответствуют требованиям. Это сокращает время на поиск на 40% и снижает закупочные цены на 5-10% .

КРДВ составила каталог архитектурных бюро Дальнего Востока, чтобы помочь регионам подбирать подрядчиков для мастер-планов 25 городов .

«Авито» запустил категорию «Коммерческое строительство», где компании могут искать подрядчиков для бизнес-объектов .

А девелоперская группа «Сити-XXI век» запустила электронную тендерную площадку и программу «Надёжный партнёр» с присвоением статусов подрядчикам .

Чего не хватает?

Заказчики хотят не просто «список подрядчиков», а:

  1. Проверенную информацию о ресурсах. Какая техника у компании, сколько людей, есть ли офис.
  2. Объективный рейтинг. Не «звёздочки», а данные: сколько объектов сдано вовремя, были ли суды, какова репутация.
  3. Быстрый поиск под задачу. Чтобы не искать монолитчиков вручную, когда они все заняты.
  4. Документы. Чтобы не проверять субподрядчика с нуля каждый раз.

Именно это и есть то самое «единое окно», о котором говорили заказчики. Ресурс, где подрядчик сам раскрывает информацию, а заказчик может её проверить. 

И вы знаете, мы уверены, что на горизонте нескольких лет “Строим мир” станет именно тем инструментом, которого ждут и заказчики, и субподрядчики. 

Цена, сроки, налоги: как застройщик, госзаказчик и генподрядчик выбирают подрядчика

В одном интервью застройщик сказал: «Цена — главное». В другом генподрядчик: «Главное — чтобы не подвели». А госзаказчик: «Опыт по профилю и отсутствие судов».

Кто прав? Все. Просто у каждого свой «фильтр».

Я поговорила с тремя разными заказчиками. У каждого — своя специфика, свои риски и свои приоритеты. Разбираем, кто на что смотрит.

Застройщик: стабильность важнее цены

Артур, застройщик жилых комплексов, работает с проверенной базой. У него есть список подрядчиков, с которыми он идёт от объекта к объекту. Иногда берёт двух подрядчиков на один вид работ — чтобы подстраховаться.

Его топ-3 критерия:

  1. Финансовая стабильность. Проверяет через открытые источники: обороты, прибыль, судебные производства.
  2. Наличие команды. Не «наймём под проект», а конкретные люди, прорабы, мастера.
  3. Наличие офиса. Чтобы компания была не «на колёсах».

Почему цена не на первом месте: «Если он дороже, но проверенный, мы останемся с ним. Мы знаем его слабости, знаем, где пнуть, где стимулировать. А новый — кот в мешке».

Госзаказчик: цена + опыт + чистая история

Евгений работает по 223-ФЗ. Формально цена — главный критерий. Но на практике он смотрит шире.

Его топ-3 критерия:

  1. Конкурентоспособная цена. Но это только первый фильтр.
  2. Опыт по профилю. Если компания строила 30 км канализации — она интересна. Если занималась жильём — нет. Узкопрофильные компании в приоритете.
  3. Отсутствие негативных судов. Иски, где компания сама взыскивает долги — плюс. Иски к компании за некачественную работу — минус.

Почему побеждают знакомые: «Мы не первый год на рынке. Набрали пул надёжных подрядчиков. Нам понятно, кто что может, кто подведёт, а кто нет».

Генподрядчик: срок работы на рынке + рекомендации + оборот

Владимир, генподрядчик, работает с субподрядчиками. У него жёсткие требования — из-за налоговой.

Его топ-3 критерия:

  1. Срок работы на рынке. Меньше 3 лет — с подозрением. Больше 7 — серьёзный плюс.
  2. Рекомендации. Не «письма благодарности», а звонок знакомому директору: «Как они работали?».
  3. Оборот. Если компания претендует на 50 млн, а годовой оборот — 10 млн, возникают вопросы.

Почему это важно: «Налоговая заставляла нас доначислять за субподрядчиков. Поэтому мы проверяем всё: штат, налоги, технику, офис».

Что общего у всех трёх?

Несмотря на разные критерии, есть три общих фильтра:

  1. Репутация. Все трое проверяют через «сарафан» и открытые источники.
  2. Наличие ресурсов. Никто не хочет работать с компанией, у которой «нет людей и техники».
  3. Финансовая чистота. Долги, суды, блокировки счетов — красный флаг для всех.

Как подрядчику адаптироваться под каждого заказчика?

Для застройщика:

  • Покажите, что у вас постоянная команда, а не «люди под объект».
  • Подтвердите финансовую стабильность.
  • Будьте готовы к проверке офиса и техники.

Для госзаказчика:

  • Собирайте портфолио по профилю. Не «строили всё», а конкретные объекты.
  • Проверьте судебную историю. Если вы часто ответчик по искам о неисполнении — это минус.
  • Работайте над репутацией. Заказчики звонят предыдущим заказчикам.

Для генподрядчика:

  • Будьте готовы к жёсткой проверке документов.
  • Покажите, что вы на рынке не первый год.
  • Предоставьте рекомендации от реальных заказчиков.

Что важно помнить про проверки и СРО

Если вы работаете с заказчиками через договор строительного подрядчика, будьте готовы к проверке:

  • Членство в СРО и наличие СРО документа.
  • Внесение в реестр членов СРО.
  • Наличие специалистов НОСТРОЙ и специалистов НОПРИЗ в национальном реестре специалистов в области строительства.

Если вы выполняете строительно-монтажные работы, проверьте свои ОКВЭД строительные работы и ОКВЭД строительно-монтажные. Если они не соответствуют — заказчик может отказать.

Сделайте проверку контрагента через реестр НОСТРОЙ и НОПРИЗ реестр. Посмотрите рейтинг строительных компаний в строительном справочнике.

Выводы:

У каждого заказчика есть свои приоритеты. Но всех объединяет одно: они выбирают не «самого дешёвого», а «самого надёжного». Потому что ошибка в выборе подрядчика стоит дороже любой экономии.

Поэтому, если вы хотите работать с разными заказчиками:

  • нарабатывайте репутацию;
  • собирайте профильное портфолио;
  • проверяйте свою налоговую чистоту;
  • будьте готовы к проверкам;
  • не зацикливайтесь только на цене.

А вы сталкивались с разными подходами заказчиков? Как адаптировались? 

Тендер по 223-ФЗ: почему побеждает не самый дешёвый, а тот, кого порекомендовали?

Формально всё просто: выигрывает тот, кто предложил самую низкую цену. Так написано в законе, так говорят закупочные процедуры. Так думают многие подрядчики, которые впервые участвуют в тендере по 223-ФЗ.

А потом они удивляются: «Мы дали лучшую цену, почему не взяли?»

Потому что реальная кухня выглядит иначе. Мы поговорили с Евгением, представителем крупного заказчика, который работает по 223-ФЗ. Он рассказал, как на самом деле выбирают подрядчика.

Формально — цена. Фактически — рекомендации.

«Основной критерий отбора — цена, которую предлагают подрядчики», — начинает Евгений. И тут же добавляет: «Но в перечне критериев присутствует опыт строительства аналогичных объектов, портфолио предприятия».

А дальше — ещё интереснее: «Мы сейчас выбрали себе генподрядчика и позволяем себе вмешиваться в его хозяйственную деятельность, видя, по каким направлениям он отстаёт. И привлекаем ему субподрядчика».

То есть формально тендер выиграл один. А реально заказчик уже знает, с кем будет работать, и через генподрядчика заводит «своего» субподрядчика.

Как отбирают участников: два фильтра

Первый фильтр — технический. Компания подаёт заявку, отдел закупок проверяет:

  • все ли документы приложены;
  • соответствует ли компания требованиям техзадания;
  • есть ли опыт аналогичных работ.

«Те предложения, которые проходят критерии отбора, проходят конкурсный отбор, — объясняет Евгений. — Дальше сравниваем коммерческие предложения».

Второй фильтр — служба безопасности. «Если компания имеет положительное портфолио и не имеет задолженности, не внесена в чёрный список, соответственно, не находится в судопроизводстве, то служба безопасности рекомендует их рассмотреть».

То есть даже если цена низкая, но у компании есть судебные иски как у ответчика по неисполнению обязательств — она не пройдёт.

Что такое портфолио для госзаказчика

«Смотрим по профилю компании, — говорит Евгений. — Если мы выставили на торги канализацию, то смотрим опыт в реализации подобных проектов. Если компания построила 30 километров канализационных сетей — она нам интересна».

Узкопрофильные компании — в приоритете. Компании, которые «всё умеют», вызывают подозрение.

«Генподрядчика мы отбирали широкой направленности. А субподряд — там узкопрофильные компании. Компании были специализированы именно на том профиле работ, чтобы были».

Три главных критерия — в порядке приоритета

Евгений назвал три критерия, без которых компанию не будут рассматривать:

  1. Конкурентоспособная цена.
  2. Опыт работы по профилю.
  3. Отсутствие негативных отзывов и судебных разбирательств.

Нюанс с судами: «Компания предъявляет иски нанимателю за то, что он не рассчитался за какие-то объёмы. Это объективная причина. Компания сделала работу и не заплатили. Это не является отрицательным шагом. Наоборот, даже положительно — компания умеет отстоять свои интересы».

А вот если иск предъявлен компании-подрядчику за некачественное выполнение работы или просроченные сроки — это определяющий критерий, чтобы не работать.

Почему побеждают знакомые

«Мы не первый год на рынке, — говорит Евгений. — Набрали достаточно надёжный пул подрядчиков, среди которых можем разыграть конкурс. Нам понятно, какая компания что может, какими ресурсами располагает, подведёт или не подведёт».

То есть на тендер выходят и «новые» компании. Но реально рассматривают тех, кого уже знают. А если нужного подрядчика нет в пуле — звонят в Альянс Строителей Приморья или спрашивают у знакомых.

«Бывает так, что компании все заняты-перезаняты. Тогда приходится обращаться в СРО «Альянс Строителей Приморья». Посоветуйте компанию, которая по профилю и не подведёт».

Что делать подрядчику, чтобы попасть в тендер

  1. Собирайте портфолио по профилю. Не просто «строили всё», а конкретные объекты, похожие на те, на которые подаётесь.
  2. Проверяйте судебную историю. Если вы часто выступаете ответчиком по искам о неисполнении обязательств — это минус. Если сами подаёте иски, чтобы взыскать долги — это плюс.
  3. Работайте над репутацией. Заказчики звонят предыдущим заказчикам. Спрашивают не только «сделали ли», но и «вовремя ли», «как общались», «были ли проблемы».
  4. Не бойтесь быть узкопрофильными. Универсалы вызывают подозрение. Компания, которая «всё умеет», на самом деле часто ничего не умеет хорошо.
  5. Попадайте в поле зрения заказчика до тендера. Звоните, знакомьтесь, оставляйте контакты. Евгений сказал: «Мы обзваниваем те компании, которые нам известны, с просьбой рассмотреть предложения, поучаствовать в конкурсе».

То есть если вас не знают — вы даже не узнаете, что был тендер.

Почему цена — не главное

На первый взгляд, цена — главное. Но Евгений уточняет: «Самый главный критерий — цена». Однако контекст показывает, что цена важна, когда все остальные критерии уже пройдены.

Если у компании нет опыта по профилю, если её служба безопасности «не рекомендует», если судебная история вызывает вопросы — низкая цена не спасёт. Заказчик скорее заплатит дороже, чем возьмёт «кота в мешке».

Итог

Тендер по 223-ФЗ — это не просто битва цен. Это битва репутаций, опыта и доверия. Побеждает не тот, кто предложил меньше всех, а тот, кого знают, кому доверяют, кто может доказать, что умеет делать эту работу.

Поэтому, если вы хотите выигрывать тендеры:

  • нарабатывайте репутацию,
  • собирайте профильное портфолио,
  • поддерживайте контакты с заказчиками,
  • проверяйте свою судебную историю,
  • и не зацикливайтесь только на цене.

А у вас был опыт участия в тендерах по 223-ФЗ? Что оказалось самым сложным?

Ответственность за субподрядчика: как налоговая заставила генподрядчика платить за чужие долги

Мы привыкли думать, что главная проблема с субподрядчиками — сорвут сроки или сделают некачественно. Но есть кое-что пострашнее. Суды и налоговая регулярно доначисляют генподрядчикам налоги за «технических» субподрядчиков.

Разбираем реальные случаи и конкретные критерии должной осмотрительности, которые работают в суде.

Случай №1: Формальный документооборот

Общество заключило договор генподряда на строительство жилых домов и привлекло субподрядчиков для выполнения работ . Налоговая провела выездную проверку и доначислила НДС, налог на прибыль, пени и штрафы .

Что установили суды :

  • у спорных контрагентов не было допусков СРО и квалифицированного персонала;
  • заказчик письменного согласия на привлечение третьих лиц не давал;
  • на расчетных счетах подконтрольных организаций отсутствовали платежи, сопутствующие реальной деятельности (канцелярия, интернет, расходные материалы);
  • фактически контроль и управление строительством осуществлял сам генподрядчик.

Решение: суды трёх инстанций поддержали налоговую. Сделки признаны формальными, выполненными с целью занижения налоговых обязательств .

Случай №2: «Папка с уставом не спасет»

Компания привлекала подрядчиков для поставки стройматериалов и выполнения СМР. Налоговая доначислила НДС, налог на прибыль и штраф .

Суды установили :

  • у спорных подрядчиков не было ресурсов (основных средств, сотрудников, допусков, бизнес-истории в интернете);
  • налоги уплачивались минимально, налоговая нагрузка не соответствовала оборотам;
  • сотрудники отказались от участия в деятельности этих компаний;
  • деньги обналичивались или переводились по цепочкам организаций с разными назначениями платежей;
  • работники отказались от участия в деятельности компаний (то есть в штате их не было).

Критерии должной осмотрительности, которые суды признали работающими :

  • распечатки электронной переписки и визитные карточки лиц, передававших документы;
  • документы о поиске и отборе подрядчиков (рекламные материалы, предложения о сотрудничестве, информация о ранее выполненных работах);
  • обоснование выбора конкретного подрядчика, личные контакты руководства.

Главное: это не «страшилки»

Это решения арбитражных судов, которые находят на сайте «Время бухгалтера» . Суммы доначислений — не символические. Одно из дел закончилось банкротством и привлечением контролирующих лиц к субсидиарной ответственности .

Что реально требует налоговая

С 1 января 2026 года ФНС получила право проводить официальную оценку финансово-хозяйственной деятельности юрлиц и ИП .

Оценка проводится в два этапа :

  1. Базовые риски:
  • не в ликвидации/банкротстве ли компания;
  • нет ли недостоверных сведений в ЕГРЮЛ;
  • нет ли существенной налоговой задолженности;
  • не включена ли в реестр недобросовестных поставщиков.
  1. Финансовые и ресурсные показатели:
  • налоговая нагрузка и средняя зарплата;
  • численность работников;
  • платежеспособность, ликвидность, рентабельность;
  • динамика активов и штата.

Что надо делать на практике

Согласно разъяснениям судов и РБК, вот что реально работает :

  1. Документы, которые надо запросить:
  • учредительные документы (устав, выписка ЕГРЮЛ) ;
  • свидетельство СРО (если требуется для работ) ;
  • бухгалтерскую отчётность и налоговую отчётность ;
  • приказ о назначении директора (проверка полномочий подписанта) .
  1. Проверка через сервисы:
  • сайт ФНС «Прозрачный бизнес» — на предмет массовой регистрации, недостоверных сведений, долгов ;
  • реестр недобросовестных поставщиков — чтобы партнёр там не числился ;
  • проверка через Контур.Фокус, СПАРК или аналоги — фиксируйте скриншоты с датой .
  1. Ресурсы и люди:
  • список людей, которые будут выполнять работы от имени подрядчика ;
  • письмо, что подрядчик гарантирует выполнение работ, ставит определённое количество сотрудников, предоставляет их списки ;
  • если планирует субподрядчиков — предоставить документы по ним и согласовать их привлечение .
  1. Материалы и логистика:
  • сохранять документы о транспортировке материалов и оборудования (накладные, пропуска на объект, акты передачи, документы о доставке) .
  1. Налоговая оговорка в договоре:
    Включите в договор пункт о должной осмотрительности и ответственности подрядчика за доначисления. Подрядчик подтверждает, что он действующая организация, располагает ресурсами, исполняет налоговые обязанности и предоставляет достоверные документы .

Итог: должная осмотрительность — это бизнес-процесс

Суды прямо говорят: запись в ЕГРЮЛ и свидетельство о постановке на учёт — не доказательство должной осмотрительности . Нужно проверять деловую репутацию, штат сотрудников, ресурсы компании .

В должную осмотрительность должны быть вовлечены несколько подразделений :

  • инициатор сделки — проверяет деловую цель и фактические возможности контрагента;
  • юрист — анализирует регистрационные данные, полномочия, судебные споры;
  • финансист — оценивает устойчивость компании;
  • служба безопасности — проверяет связи, репутацию, признаки аффилированности.

По каждому этапу должно быть понятно: что проверяем, каким документом подтверждаем, в какой срок, кто отвечает, где храним результат .

Главный вывод: недостаточно просто показать, что объект существует и работы выполнены. Налоговая будет проверять, кто именно выполнил эти работы и мог ли заявленный подрядчик реально исполнить договор .

А у вас был опыт, когда налоговая доначисляла за субподрядчика? Как выкручивались?

Где брать монолитчиков, когда всех разобрали? Кейс застройщика

Вы нашли объект для строительства. Деньги есть, проект есть, сроки горят. Осталось найти людей, которые будут заливать бетон. А их нет.

Знакомая картина? На Дальнем Востоке это хроническая проблема. Монолитчиков — дефицит. Хороших монолитчиков — тем более.

В одном из интервью застройщик рассказал, как они искали монолитную бригаду. Обычные подрядчики были заняты. Пришлось поднимать старые контакты, обзванивать знакомых, спрашивать «кто кого знает». Нашли. Но это заняло больше месяца, и объект сдвинулся.

А в прошлом году на одном из объектов застройщик пошёл на риск: взял новую компанию без проверки. Итог — срыв сроков на 2 месяца, штрафы, нервы. После этого они завели правило: держать минимум 2 подрядчика на каждый вид работ. Даже если один занят, второй подхватит.

И это работает. В том же интервью застройщик рассказал: мы делим объём между двумя подрядчиками. Один строит два дома, другой — два. Если кто-то начинает проваливаться, перекидываем работы на второго.

Почему монолитчиков не хватает?

Причин несколько.

  1. Кадровый голод. Молодёжь не идёт в стройку. Работа тяжёлая, условия не всегда хорошие, зарплата нестабильная. На Дальнем Востоке ещё и климат.
  2. Миграционные риски. Многие монолитчики — гастарбайтеры. Проверки, закрытие въезда, ужесточение миграционного законодательства — и бригада разбегается.
  3. Текучесть. Люди собираются «под объект». Сделали работу — разошлись. В следующем проекте их уже нет, и подрядчику нужно искать новых.
  4. Сезонность. Летом спрос на монолитчиков выше, чем зимой. В разгар сезона найти свободную бригаду почти невозможно.

Как застройщики решают проблему

  1. Планируют заранее.

Застройщики, которые строят системно, знают свои объекты на год вперёд. Они начинают искать монолитчиков за 3-6 месяцев до старта. Не когда «надо вчера», а когда есть время проверить, переговорить, посмотреть на объекты.

  1. Создают базу проверенных подрядчиков.

Не просто список контактов, а база с данными: кто с кем работал, какие объекты строили, какова репутация. И поддерживают эту базу в актуальном состоянии.

  1. Делят объёмы между несколькими подрядчиками.

Два подрядчика на монолит — это страховка. Если один срывается, второй берёт на себя его объём. Да, сложнее управлять. Но надёжнее.

  1. Проверяют наличие команды ДО подписания договора.

Не просто «у вас есть люди?», а «кто именно будет работать?», «покажите бригадиров», «где они работали раньше?». Если подрядчик не может показать конкретных людей — это красный флаг.

  1. Ищут через рекомендации.

Самый надёжный способ. Знакомый застройщик сказал: «вот эти ребята нормально работают». Позвонили, проверили, взяли. Сарафанное радио на Дальнем Востоке работает быстрее любых тендерных площадок.

Что важно помнить про монолитчиков и СРО

Если вы нанимаете монолитчиков через строительного подрядчика, проверьте его членство в СРО. Убедитесь, что у него есть действующий СРО документ и он внесён в реестр членов СРО.

Если подрядчик выполняет сложные работы — например, реконструкцию объектов строительства или работы на объектах культурного наследия — требуйте выписку из реестра объектов культурного наследия и реестра объектов наследия.

Сделайте проверку контрагента через реестр НОСТРОЙ и НОПРИЗ реестр. Проверьте, есть ли у подрядчика специалисты НОСТРОЙ и специалисты НОПРИЗ в национальном реестре специалистов в области строительства.

Убедитесь, что ОКВЭД строительные работы и ОКВЭД строительно-монтажные подрядчика соответствуют виду работ. Если подрядчик заявляет монолит, а у него в кодах только отделка — это повод задуматься.

Как обезопасить себя при найме монолитчиков

  1. Проверьте репутацию.

Посмотрите рейтинг строительных компаний в строительном справочнике. Позвоните бывшим заказчикам. Спросите: «срывали сроки?», «какое качество?», «были ли проблемы с людьми?».

  1. Проверьте наличие техники.

Монолит — это не только руки. Это опалубка, бетононасосы, вибраторы. Если у подрядчика нет своей техники — он будет её арендовать. А это дополнительные риски: техника может не приехать, сломаться, быть занята на другом объекте.

  1. Проверьте штат.

Узнайте, есть ли у подрядчика постоянные бригадиры и прорабы. Если он нанимает людей «под проект», это риск. Постоянные люди — стабильнее.

  1. Пропишите в договоре ответственность за срыв сроков.

Да, вы хотите «просто найти». Но если подрядчик знает, что за задержку он заплатит, он будет искать людей активнее.

  1. Не берите самую низкую цену.

Самая низкая цена — часто признак того, что подрядчик либо сэкономит на людях, либо не сможет выполнить работу в срок. Лучше доплатить за надёжность, чем потом переделывать.

Итог:

Монолитчики — дефицитный ресурс. Особенно на Дальнем Востоке. Но если вы планируете заранее, держите базу проверенных подрядчиков, делите объёмы между несколькими исполнителями и проверяете людей до подписания договора — проблем можно избежать.

Главный вывод: не ищите монолитчиков, когда уже горит срок. Ищите их, когда есть время на проверку и выбор.

Маленький город, большая стройка

Конечно, в отраслевых темах легче всего обсуждать Москву, Петербург… в общем большие города. Там деньги, проекты, форумы, девелоперы и вся федеральная повестка. Но интерес вызывает свежая статистика РБК Недвижимости: сразу 20 городов с населением меньше миллиона человек строят больше жилья, чем часть мегаполисов.

Тюмень, например, занимает шестое место в стране. Владивосток – десятое, с объёмом более 2,1 млн кв. м. И это при том, что оба города не миллионники. У Владивостока есть свой стимул – дальневосточная ипотека под 2%, которая поддерживает спрос на новое жильё. У каждого такого результата есть понятные причины: где-то развивается промышленность, логистика, туризм или портовая экономика, где-то людям просто не хватает нового жилья нормального качества.

На первый взгляд, это просто рейтинг. Ну поднялись одни города, опустились другие. Но если город без миллионного населения строит на уровне крупнейших центров страны, значит, там есть не только квартиры на продажу. Новым жилым кварталам нужны школы и детские сады, дороги, сети, благоустройство и новые объекты для строительства социальной инфраструктуры. Там есть работа для подрядчиков, проектировщиков, поставщиков, инженеров, производителей материалов и всех, кто причастен к строительству.

Квадратные метры – это итог, который потом попадает в статистику. Но за этой строкой в отчёте стоит работа тысяч людей, без которых любая красивая концепция так и останется картинкой. Каждый объект строительства начинается задолго до появления первого крана — с анализа территории, проектирования и изысканий для строительства.

И вот тут для строительной компании должен возникнуть простой вопрос: это возможность или ловушка?

Регионы сегодня нельзя воспринимать как запасной вариант. Мол, в столицах не получилось, тогда поедем куда-нибудь «попроще». Ничего там не попроще.

В городе поменьше может быть меньше шума, красивых форумов и разговоров про «новую урбанистику». Кажется, что если город меньше, значит, и правила там мягче. Можно приехать, красиво рассказать о своём опыте, показать пару объектов в столице и ждать, что все сразу выстроятся в очередь.

Не выстроятся.

Там репутация ходит быстрее рекламного буклета. Один сорванный срок или конфликтный объект, и о компании уже знают те, кому она ещё даже не успела отправить коммерческое предложение. В этом смысле город поменьше может быть даже строже мегаполиса. Там меньше анонимности.

Для строительного бизнеса это проверка. Если компания умеет работать качественно, держать слово и уважать местный рынок, то в таком городе можно вырасти. Если нет, то он очень быстро покажет, что размер города не имеет никакого отношения к размеру требований. Для небольшой строительной компании большой город не всегда означает большую возможность. Дорогая конкуренция, длинные согласования, крупные игроки, которые уже заняли основные места за столом.

А вот растущий региональный город может дать компаниям поменьше шанс показать себя. Особенно если строительный подрядчик способен быстро принимать решения и качественно выполнять строительные работы. Малый и средний строительный бизнес силён именно этим. Он ближе к земле и лучше понимает, что происходит на площадке. Директор чаще сам знает прораба, поставщика, заказчика и проблемный объект. У него меньше возможностей спрятаться за бренд, зато больше необходимости отвечать за результат лицом.

У немиллионных городов есть свои ограничения: кадровый дефицит, логистика, стоимость материалов, зависимость от поставщиков, местные правила, к которым чужую компанию никто заранее готовить не будет и так далее. Иногда объект на карте выглядит красиво, а для экономики компании превращается в испытание.

Перед тем как идти в новый город, собственнику строительной компании стоит задать себе несколько простых вопросов. Кто там строит? Кто заказчики? Кто местные подрядчики? Есть ли кадры? Откуда везти материалы? Насколько рынок закрыт для новых игроков? Есть ли в городе развитие инфраструктуры, а не только жилые коробки?

Потому что перспективный рынок тот, где компания понимает, как заработать, выполнить обязательства и не потерять репутацию. Перед выходом на новый рынок полезно провести не только анализ спроса, но и полноценную проверку контрагента, изучить местных игроков и оценить реальные условия работы.

У местных строительных компаний в таких городах есть то, что сложно купить за любой бюджет: знание территории. Они понимают, где взять людей, кто реально поставляет материалы, какой подрядчик держит слово, а где согласование займёт не две недели, а два месяца. Поэтому рост немиллионников – это шанс не только для компаний, которые хотят зайти в регион, но и для местных игроков. Им не нужно стесняться своего масштаба. Они знают город и это огромное преимущество.

Нередко именно такие компании состоят в региональных объединениях, входят в реестр членов СРО и годами формируют профессиональную репутацию на местном рынке, которая оказывается ценнее любой рекламной кампании.

Самый опасный вывод из этой новости: решить, что если город активно строится, туда надо срочно идти. В строительстве вообще опасно бежать туда, где «много работы». Работы может быть много, а прибыли – мало. Контракт может выглядеть крупным, но съесть компанию на логистике, людях, переделках и кассовых разрывах.

Поэтому вопрос не в том, где больше квадратных метров. Вопрос в том, где компания может выполнить работу с нормальной экономикой и не превратить выход на новый рынок в катастрофу. В строительстве по-прежнему выигрывают не те, кто быстрее заходит на рынок, а те, кто умеет качественно реализовать проект для строительства, сохранить репутацию и выполнить взятые обязательства.

Архитектура налоговой безопасности: ориентиры для собственников строительного бизнеса в 2026 году

Сегодня устойчивость строительного бизнеса измеряется не только качеством введённых объектов, но и прозрачностью финансового фундамента. В 2026 году, в условиях тотального цифрового контроля и обновлённой системы налогообложения, риски окончательно перешли из зоны ответственности бухгалтерии в плоскость личных рисков собственника.

Как владельцу компании своевременно обнаружить скрытые угрозы и защитить свои активы до появления вопросов со стороны регулятора — отвечаем в нашем материале.

Строительная отрасль в России всегда находилась под пристальным вниманием налоговых органов. Однако к 2026 году уровень администрирования изменился кардинально. После масштабной реформы, запущенной в 2025 году (включая повышение ставки налога на прибыль до 25% и введение НДС для упрощённой системы налогообложения), Федеральная налоговая служба (ФНС) перешла на цифровой контроль с использованием искусственного интеллекта и сквозного мониторинга.

В 2025 году действовал переходный период налоговой амнистии для тех, кто добровольно отказался от дробления бизнеса. В 2026 году пощады не будет. Если группа компаний (например, застройщик, генподрядчик и несколько субподрядчиков на УСН) продолжает искусственно разделять выручку для ухода от НДС и налога на прибыль по ставке 25%, ФНС признает это единой структурой. Последствия будут неминуемы: объединение всех доходов, доначисление налогов за все незакрытые проверками периоды, штраф в размере 40% и пени.

Кроме того, ужесточаются проверки реальности субподрядчиков («технических компаний»). ФНС больше не ограничивается формальной проверкой договоров и актов выполненных работ. В 2026 году инспекторы оценивают физическую реальность сделки. То есть если ваш субподрядчик выполнил работы по заливке бетона, налоговая проверит:

  • Обладал ли он штатом рабочих с соответствующей квалификацией и патентами, если привлекались мигранты;
  • Проходила ли по его счетам закупка стройматериалов и аренда спецтехники;
  • Есть ли у него членство в СРО;
  • Если субподрядчик окажется «пустышкой», расходы снимут с генподрядчика.

Также к 2026 году интеграция государственных информационных систем достигла пика. ФНС видит движение каждой тонны цемента или арматуры. Если в смете заложен один объём материалов, а по данным систем отслеживания и маркировки закуплено значительно меньше (или закупки шли через сомнительных посредников), у налоговой возникнут вопросы о завышении расходов и выводе наличных средств.

Важно быть в курсе заранее, ведь собственник часто узнаёт о проблемах слишком поздно — когда счета уже заблокированы. Чтобы этого избежать, необходимо обращать внимание на следующие «красные флаги»:

* Резкое увеличение запросов вне рамок проверок (по ст. 93.1 НК РФ). Если налоговая постоянно требует документы по конкретным сделкам или контрагентам, ведётся предпроверочный анализ. Вас «оцифровывают».

* Низкая налоговая нагрузка. Безопасный уровень для строительства вырос. Значительное отклонение от средних показателей по отрасли автоматически помещает компанию в зону риска.

* Разрыв по НДС на три звена глубже. Система ФНС видит всю цепочку контрагентов. Даже если ваш прямой подрядчик «белый», но его поставщик оказался недобросовестным, претензии предъявят вам как конечному бенефициару схемы.

* Средняя зарплата ниже регионального МРОТ или средней по отрасли. Для автоматизированной системы ФНС это маркер «серых» зарплат.

Чтобы обезопасить бизнес и личные активы, собственнику необходимо предпринять как минимум три шага:

  1. Провести глубокий независимый налоговый аудит силами внешних юристов. Нужно оценить структуру владения активами и проверить контрагентов так, как это делает ФНС.
  2. Внедрить жёсткий комплекс мер при выборе субподрядчиков. Каждая сделка должна сопровождаться сбором «досье»: подтверждение штата, техники и реальной возможности выполнить работу.
  3. Перевести деятельность в «белую» зону. Маржинальность падает из-за высоких налогов и кредитов, но работа в тени сегодня гарантирует уголовное дело и потерю бизнеса. Выходом становится грамотная оптимизация за счёт законных льгот, инвестиционных вычетов и реструктуризации активов.

Таким образом, в 2026 году строительный бизнес больше не может позволить себе налоговый авось. Выживают и побеждают компании, которые перестроили свои финансовые модели под новые реалии, сделали ставку на прозрачность и научились управлять рисками превентивно.

Партнерская бригада: модель и цифры, которые бьются

Звонит заказчик: «У тебя люди есть? Завтра можешь найти двадцать человек?»

 Кладешь трубку. Набираешь Толика-бригадира из Уссурийска.

 — Не, не сделаю. Я в Артеме на двух объектах.

Звонишь Валере-капитану из Артема.

 — Никак, у меня девятиэтажка до зимы, прости.

Третий звонок. Четвертый. К пятому набираешь Махмуда, которому раньше не звонил. Махмуд говорит «приеду посмотрю», и через два дня на объекте уже двадцать человек, чьих фамилий ты не знаешь и через неделю даже не вспомнишь.

Знакомая картина? А ведь это и есть схема, по которой живет почти вся подрядная стройка в стране. Есть список номеров. Бригадиров и капитанов — как говорят на Дальнем Востоке. Сутенеров и баев — как их называют в Москве. По 30–40 контактов в записной книжке у каждого директора с оборотом 50–300 млн рублей. Своих людей в штате — пять-восемь человек ИТР, и все. Остальное — звонки, договоренности «на честное слово», авансы, которые иногда возвращаются.

При этом, выходя на тендер, заказчикам клянемся: своя бригада, аккредитация, СИЗ, ИНН — всё чин по чину. И никто же не врет сознательно — других вариантов просто нет. Заказчику отрасль ответила бы единодушно: «А из каких денег платить штату зарплату, пока не выиграл объект?» Так и живем.

Самое тревожное — мы к этому привыкли. Молодой собственник, открывший вчера ИП, в первый же месяц учится не нанимать людей, а собирать список номеров. И через год у него их шестьдесят. Это и есть его «кадровая стратегия».

Каждый из нас знает как минимум одного директора в Приморье, на Кавказе или на Алтае, у которого оборот 180 млн в год и три человека в штате — он сам, главбух на аутсорсе и прораб. Спрашивается: «А люди?» — «А людей уже двадцать лет берем по звонку». Двадцать лет.

А теперь — что эта схема стоит на самом деле.

Первое. Качество.

На звонок «нужны двадцать человек на завтра» приедут те, кто сегодня свободен. Те, у кого нет приличного объекта. Логика рынка простая: чем лучше бригада, тем плотнее у нее график, тем меньше шанс, что она освободится для вас в момент паники. Мы добираем теми, кто пока никому не нужен.

Второе. Деньги.

Бригадир, который вас выручает, берет 10–25% сверху. Иногда больше. А если в моменте у него заболел человек, он закроет вам объект ребятами, которых сам видит впервые. И эти 25% наценки вы заплатите за бригаду, чьи паспорта он сфотографировал утром на стихийной остановке.

Третье. Ответственность.

Когда что-то падает, режется, сваривается криво — проверяющий приходит к ВАМ. Не к Махмуду. У Махмуда нет ИНН, СРО и паспорта объекта. У него есть телефон, который через неделю «недоступен».

Четвертое. Безопасность.

Из десяти несчастных случаев в малой стройке больше половины происходят с людьми, которых директор не знал в лицо. В отчетность это не попадает — потому что официально «таких рабочих не было».

И все это — на фоне 44-ФЗ, 214-ФЗ, эскроу, КРТ и проверяющих, которых каждый год все больше. Правил все больше, людей все меньше, отвечает за все подрядчик. Один.

Знаете, что в этом сюжете задевает больше всего? Что директора подрядных компаний давно перестали обсуждать кадры как профессиональную задачу.

Кадры стали как погода: тема, на которую жалуются, но за которую никто не отвечает. Сегодня снег — Махмуд приехал, завтра дождь — Махмуд пропал. И вокруг этой погоды строится бизнес на 100, 200, 300 млн.

По оценке ВНИИ труда Минтруда, дефицит рабочих в стройке к середине 2025 года — около 160 тысяч человек, а 85% компаний заявляют о кадровом голоде. НОСТРОЙ прогнозирует, что к 2030-му понадобится еще 789 тысяч работников.

А ответ отрасли — «список номеров»: тридцать-сорок контактов бригадиров в записной книжке директора. И мы все делаем вид, что это и есть кадровая работа.

Что делать?

Перестать считать схему «номеров» нормой.

Это аварийный режим, в который мы попали и в котором живем десятки лет. Аварийный режим — не стратегия. Когда мы говорим «у нас все так» — мы не оправдываемся, мы расписываемся.

Выбрать 2–3 бригадира и работать с ними как с партнерами.

Не как с поставщиками. Платить вовремя. Давать загрузку зимой, когда у других стоит. Брать на учет их костяк через ИП — официально, со страховками, СИЗами, медкомиссией. Да, это плюс к ФОТ. Зато в полночь, когда заказчик спросит «у тебя люди есть?», будете точно знать, кому звонить и кто завтра встанет на объект.

Войти в отраслевую кооперацию.

Биржа субподряда при ассоциации. Общий кадровый центр. Один на район чек-лист допуска бригады. В одиночку эту задачу не закрыть — Махмуды нужны всем, и пока каждый дергает их по своему, рынок будет в режиме перетягивания одеяла.

Учить и удерживать ИТР.

Прораб должен быть свой. Снабженец — свой. Сметчик — свой. На бригадах, которые меняются, экономьте. На своих — никогда.

В нашей отрасли мы привыкли мерить себя оборотом и количеством объектов. Это просто — оборот видно. А вот «количество людей, чьи фамилии я помню и кого готов рекомендовать другому подрядчику» — графы нет. Хотя именно это в долгую и есть бизнес.

И здесь главное — не врать. Сначала себе, потом коллеге, потом заказчику. С этого начинается любая нормальная кадровая работа. А не с СИЗов и медкомиссии.

И еще одно. С момента, как у вас появятся минимум две бригады с фамилиями, вы в первый раз за много лет позвоните жене в семь вечера и скажете «еду домой». В табличке такого не посчитать. Но это и есть, наверное, главный плюс к маржинальности.